четверг, 7 февраля 2019 г.

Письмо из США, 1981 год.

   Это письмо нашла случайно среди других бумаг.  Его писала моя бабушка, когда в 1981 году поехала из СССР в США к своему брату и сестрам. 

 Бабушка долго делала визу, сама заполняла все анкеты на английском ( она хорошо знала язык, по крайней мере, она переводила моей сестре в 10 классе английские упражнения из учебника).  Потом долго переводились деньги из банка США, в наш банк. Раньше всё это делалось очень медленно. С валютой простым гражданам общение было запрещено.  А мы не имели денег, чтобы купить билеты на самолет, поэтому бабушка ждала перевод денег из Америки от брата.  И была, помню, какая-то канитель вообще с билетами. Сначала брат забронировал билеты у американской авиакомпании. Затем, почему-то бабушке пришлось покупать билеты и лететь нашим Аэрофлотом. Но билеты и в те времена на наш Аэрофлот были дороже, так что, пришлось снова ждать деньги из США  и доплачивать.
   Почти год все это длилось. В конце концов, бабушку мы отправили. И вот я нашла её первое письмо, первые впечатления о самом полете, о пересадке, о встрече ( не виделись около 60 лет).
     Почему-то, когда сейчас перечитывала это письмо , вспомнилась детская  книга, Бориса Житкова «Что я видел». Сейчас, когда я летаю в год несколько раз, бабушкины впечатления кажутся детскими, немного наивными. И, конечно, всё это было ещё до современного прогресса, до интернета ( в нашей стране)....

  «11.11-81    Здравствуйте все, мои родные!
 Пишу сейчас у Феди ( брат моей бабушки, моё примечание) в 5 утра., не спится.  Проснулась, посмотрела на светящиеся часы — было 2 часа, и до сих пор не уснула: сказывается разница во времени, а она, примерно, 10 часов. А вечером глаза слипаются. Ну, расскажу, как летела. Бочаровы заказали мне такси, даже Борис дал 5 рублей на это, чтобы я не придумывала ехать с вечера в аэропорт и там ждать до утра. 

 В 8 часов  20 минут вылет. Таможня не пропустила  деньги для коллекции ( хорошо, что я их  взяла всего 30 штук). 

Их взяли, запломбировали в целлофановый мешок, а на обратном пути отдадут. Летело в самолете мало людей, всё иностранцы, много негров. Нас, русских, было двое, мы вместе и сели:  женщина вышла на пенсию, летела к брату в Лондон. 
      В самолете всё, что нужно, говорят по радио на русском и английском языках, стюардессы, вернее, официантки — только разносят еду, напитки. Объявили, что летим над водным пространством, через Ригу, Копенгаген, служитель показал, как воспользоваться спасательным поясом в случае аварии. Накормили вкусно. Я даже не ела кетовую икру и что-то там другое, а только курочку с рисом без хлеба.( большой кусок курицы) и чай с пирожным. Перед прилетом спросила одного юношу ( он говорил немного по-русски) как там мне дальше быть с пересадкой на американский самолет. Он приветливо взял меня под свое покровительство, повел куда-то , усадил, попросил подождать, а сам тут же  у окошка поговорил с барышней, распрощался со мной. А оттуда вышла барышня и мы с ней отправились: сначала за чемоданом, а потом она привела меня к месту, где проверили билет и паспорт, взяли багаж и опять — другой служащий  повел меня  через огромные залы, полные людей-пассажиров к барьерчику, за которым несколько молодых женщин и мужчин  колдовали там что-то с билетами, а народу к ним толпилось много. И опять этот дядька любезно распрощался со мной, передавши полностью этим людям. Они просили подождать, я села поблизости, стала рассматривать народ.  И кого тут только нет! Всяких. Всяких нагляделась, все куда-то спешат, летят, лопочут на своих языках. Возле меня  группа мужчин-японцев долго чего-то  ждала тоже.  Такие интеллигентные, есть красивые из них, одеты хорошо, приятно смотреть на них. Женщины: молодые, старые, разнобойно одетые, иногда крикливо, рыжие англичане И опять — много негров.  ( тут моё примечание. Негры — , понимаю, это звучит неполиткорректно. Но раньше, в СССР, мы всегда так говорили, и в СМИ писали так тоже). Я долго ждала, стала читать книжку.  До отправления еще далеко, они со мной не спешили, обслуживали других, кому скоро лететь. Наконец, вернули билет, и меня , вместе со старой женщиной ( а она с тросточкой, ноги больные) повела девушка к месту, где произойдет посадка на самолет. Я вела старушку под руку и пока мы сидели вместе, разговаривала с ней по английски. В общем, поняла, что она англичанка, летит в Сиэтл, потом в Портлэнд, ей 84 года, муж умер. Она одна. Ну и я о себе сказала, куда лечу, к кому и т.д Так мы с ней и сидели вместе всю дорогу до Сиэтла. Да! Не сказала, что сначала летели в Англию, землю закрыли густые барашки облаков, а над нами сияло солнце. Потом стало проглядывать море, и наконец земля! Сплошь разноцветные квадратики-полосы, словом, всё заселено. А над океаном опять облачность, местами была видимость, а над Америкой летели — тут лучше всё было видно.  А день не убывает, летим, летим, долго-и все солнце высоко, сияет ярко. На земле сплошь — леса, не видела , не видела населенных пунктов, может мелкие, да и очень ведь высоко летели. Даже перед Сиэтлом высоченные горы (какой-то хребет) с самолета кажутся как на географической карте какими-то рядами бугорков, но пониже спустились — видно заснеженные вершины, острые пики, а ниже — почти черные , как сажа, склоны. А это леса. Подлетали к городу,  солнце уже стало низко, но яркое по-прежнему. Город огромный, долго летели мимо склонов гор, на которых он расположен. Солнце освещало квадратики кварталов, и отражалось на стеклах окон — это мне запомнилось очень, так красиво мелькают линии улиц, как бриллианты сверкают разноцветные точки, одни исчезают, другие опять сверкают. Вот приземлились, пошли опять за чемоданами. Нас с этой дамой двоих  повезла девушка на маленьком Каре ( и это все в помещении аэропорта, я нигде даже на выходила  на улицу пока летела). Интересно, что и в Лондоне , и здесь, чемоданы получаем автоматически: из каких-то будочек вылетают вещи и опускаются по наклону на горизонтальный эскалатор, до низенького барьерчика. Эскалатор движется по овалу, и пассажиры стоят вокруг, едет их чемодан — берут его и уходят. В  Сиэтле прошла через таможенный осмотр и прямо на самолет, за всеми следом ( самолет из Лондона огромный: поперек 9 кресел, 10 рядов в длину, а отсеков я видела 3, а может их было 4 , не знаю, не меньше 300 человек). Пока канителились в Сиэтле, стало темно. В Сан-Франциско прибыли часа через 1,5, с опозданием на час. Выхожу по коридору, смотрю направо у выхода  в другое помещение  - Лёля ( сестра, мое примечание), я вскрикнула «Лёля».

 Кинулась к ней, а глазами ищу, где Федя ( брат, мое примечание)? А он тут же.  Вот какая была радость!!  Но мы не плакали, хорошо так встретились. Фенька мой — старичок, старичок!

Такой широкороженький, полуслепой, сгорбленный, но такой родной. А Леля худенькая, и по фигуре, как барышня, стройная и на лицо — не узнать прежней нашей Лельки! И голос какой-то требовательный и английскими интонациями ( это она насчет багажа справлялась).  В общем, между нами,: это  новая Лёля мне не очень понравилась, хотя все трое мы так ласково обращались друг с другом, так рады встрече.  Приехали в ее дом. Квартира у нее хорошенькая, особенно понравилась её гостиная. Федя пробыл у неё 2 дня.  Он спал в маленькой  комнатке возле кухни ( мамочкиной), а мы с лелей — на её широченной кровати, долго еще болтали, вспоминая прошлое.

  Назавтра мы с ней пошли побродить. Погода хорошая. Дома в этом районе 1,2 этажные, все сплошь, стена к стене, но все абсолютно разные и все красивые. Всё у американцев  сделано добротно, чисто.  Южная зелень, украшают  домики разнообразными растения и цветущие в большинстве случаев. Что удивило меня: по улицам увидишь редкого прохожего, пусто! Зато машины везде стоят прямо на улицах, возле домов ( и ночуют тут)… Зашли в прод. Магазины. Целый квартал, всего, всего полно — все овощи такие чистенькие, мясо в целлофанчике какое хочешь, во всяких видах, фрукты, орехи (миндаль, фисташки — и многое другое. Я уезжала из Москвы, накануне выпал снег, похолодало, поехала в пальто, а костюм, наоборот, оставила. В Сан-Франциско похолоднее и в пальто можно ходить, хотя и жарковато, а вот у Феди, где я нахожусь 3 дня — очень тепло, лето ( г. Милбрей, мое примечание).  Мы с ним от Лели добрались  на автобусе до вокзала, а затем на поезде. 

Тоже брели домой, заходили в магазин, он набрал разной снеди, которую едим до сих пор. Дом его в 4 комнаты, но разделен на 2 половины ( одно крыльцо на обе квартиры. Во второй — его внучка Терри). 


Бедный мой  старичок один, и некому его обиходить, Лара (его дочка — мое примечание) далеко ( Калифорния, Сан-Рафаель),

, а Терри — не очень-то добрая, видать.  Шторки грязные, везде пыль, он видит плохо и дряхлый. Я в первую очередь занялась уборкой.  

В один день не справилась, думаю , сегодня кончу, развешаю чистые шторы, будет все хорошо. Они с Лелей хотят стряпать пирог с визигой.  

Вчера в Сан-Франциско шел сильный дождь, она не приехала, сегодня приедет, будем стряпать. А Федя меня угощает разными незнакомыми «деликатесами».  Ела артишоки, чилимцы с бразильским соусом, сегодня буду есть анчоусы (это оказывается рыбка! А я думала овощи, ха-ха!_… Ой, много написала — все свои впечатления. А самое главное: не знаю ничего о вас — как уехала. Как прошел праздник? Наверное, уже снег, зима? Как здоровье у всех? Милочка, а ты?  Только не простывай. Пишите. Крепко целую. Ваша старая ворчунья-я.  У Феди хожу босиком, прибираюсь без платья, в комбинации, а то жарко. Пока писала — уже 7 часов, 24 минуты. Опять лягу в постель.» 



#americanphotographsofearlyandmid20thcentury #americanphotographs #Lyadov #photosoftheLyadovfamily#Kuyanova,#Isaev#Kaydalov#Bagaeva


1 комментарий: